Барнаул →

Санкт-Петербург

Сегодня опять ходил нюхать черёмуху. Все никак не пойму, чего же она расцвела, в августе? Второй раз за год. Ничто больше не идёт своим чередом. Мир рехнулся, и матушка Природа рехнулась вслед за всем миром.

Сфоткал барсука на фоне деревьев. Промелькнуло желание сплести ему крошечный веночек из веточек. Почесал бороду и одумался.

Меня тактично выставили погулять одного, Любу запрягли всякими делами по дому. А она и рада. Всё никак не сообщит, что остаётся у них на время. Ушла она, значит, от Артура. Мужа и попугая. Мне она проговорилась, хотя я так и подозревал. А с родными чего-то тянет резину.

Я ей намекаю, давай, пора, а она: да погоди, сейчас пол помою. Уже все полы перемыла. Не понимаю, чем это поможет. Разве что кое-кто поскользнётся и отшибёт себе память. Может, пригодится.

Мы планируем завтра покататься по окрестностям в поисках красивых просторов. Простор. Люба ещё по дороге загорелась. И дед обрадовался, чуть в пляс не пустился на своих костылях. Стал проситься третьим. Мне не жалко, я и согласился.

Варвара Демидовна тоже согласилась. Сказала примерно следующее: «Правильно! Езжай. Поедешь, подохнешь там, а мне, как всегда, расхлёбывать». И за сердце схватилась в подтверждение.

Мне, конечно, было что сказать, но я не стал. В чужую избу со своим уставом не лезут. Жалко только деда. Никаких бедолаге покатушек.

В общем, я стараюсь протянуть время до возвращения домой.

В смысле, к ним домой. Хотя, честно говоря, с радостью бы дрых в гостинице. Но Варваре Демидовне как-то удалось убедить меня, что только полные мудаки не пользуются ее гостеприимством.

Шляюсь, любуюсь августовской весной, пью вино. А ещё помогаю другим, незнакомым бабушкам. Пока только одной помог, но всё впереди. «Эй, внучок, подсоби, пожалуйста», – сказала она мне. Внучок согласился. Пошёл за ней в огород и получил задание покушать смородину, а то пропадёт ведь, паскудная, жалко!

Тут оказалось, я отличный помощник. Со мной не пропадёшь.